Обрушились на меня с той и с другой стороны.  Можно подумать, я испугался их

Интервью с архиепископом Ширакской епархии Армянской апостольской церкви Микаэлом Аджапахяном 

- Ваше Высокопреосвященство, вас критикуют из-за того, что в  интервью агентству  24-news  вы сказали: «Если эта власть пересмотрит свою политику, извинится за свои ошибки, покается, встанет на правильный путь, пусть остается». Вы всегда выступали с жесткими заявлениями в адрес власти, требовали их отставки, что изменилось?

- Люди должны знать армянский, владеть армянским языком. Я хочу сказать, что у нас нет задачи  привести кого-то к власти  или отстранить от власти. Наша цель - спасение страны. Смысл покаяния в том, что если эта власть может спасти страну, может возместить ущерб, который она нанесла, вернуть родину, она может остаться. Удивительно, что одни обиделись, потому что я призвал  их к покаянию, а другие  обиделись из-за того, что  я сказал, что после покаяния нынешние могут остаться у власти. Это говорит о несостоятельности, праздности и крайней сентиментальности нашего политического поля. Одни возмущаются: «как это мы должны покаяться, пусть сам кается?» Другие возмущаются: «как они должны остаться, пусть уходят». Ну а если вы способны отстранить его, почему до сих пор не сделали этого?  Такое впечатление, как будто они уже отстранили власть, довели ситуацию до того, что власть должна была уйти, и тут архиепископ Михаэл своими заявлениями провалил все их планы. Удивляюсь, как можно быть настолько инфантильным.

- На освящение Кафедрального собора были приглашены также представители власти, в том числе и Пашинян. Церковь требовала отстранения власти? Как понимать их приглашение?
 
- Это вполне приемлемо, потому что они – власть.  Они - власть, избранная народом. И мы приглашаем сегодняшнюю власть. Захотят прийти - пусть приходят, не захотят –тем лучше. Вот те раз!

- Этим шагом церковь протягивает власти руку примирения?

- Безусловно, это большая церковная церемония и власть должна присутствовать. Через сто лет мы будем держать  ответ перед нашей историей.

- Вы говорите, если власть может вернуть родину, пусть остается. Видите ли вы, что «Гражданский договор» хочет вернуть Арцах?

- Конечно,  не вижу, поэтому и произнес это слово.  Возможно ли их покаяние, если даже на одно слово они отреагировали как безумные, обрушились на меня?  Обрушились на меня   с той и с другой стороны. Можно подумать, что я испугался их. Собака лает, караван идет. Все что я говорю, я говорю со всей серьезностью, уверенностью, но со скрытым смыслом. Те, кто не в состоянии понять этот подтекст - их проблема. Я не их учитель, чтобы объяснять. В моих словах нет ничего ни пораженческого, ни отклонений, ни изменчивого.

- Раньше вы говорили, что эта власть должна уйти? Вы и сейчас говорите?

- Конечно, она должна уйти, так как не в состоянии  покаяться и не сделает этого. Тут все понятно.  Наша высшая цель не в том, чтобы они ушли.  Если они уйдут и на смену придет позорная власть и сдаст Сюник и Гегаркуник, то, несомненно, они должны остаться. Если завтра на нас обрушится новое бедствие, и мы понесем еще больше потерь, неужели вы   не скажете: лучше бы эти власти остались?

- А если эта власть останется и сдаст Сюник?

- Мы видим это, поэтому и говорим -  уходите.  Но уход - не самоцель. В случае их ухода должна прийти хорошая власть, а если такой нет, зачем им уходить?

- Архиепископ Баграт предлагает хорошую власть.

- Вы не приводите к власти. Поддержите, приведите к власти. Не поддерживаете. Вы видите общественную консолидацию? Ее нет. Я говорил, что я не оптимист. Пессимистом и остаюсь.

- Вы продолжаете поддерживать архиепископа?

- Конечно, поддерживаю. Настолько, насколько могу это делать.

Лиа Саргсян